Доклад игумена Пантелеимона (Королёва), настоятеля Свято-Троицкого Данилова мужского монастыря г. Переславля-Залесского (Переславская епархия) на XXXIV Международных Рождественских образовательных чтениях «Просвещение и нравственность: формирование личности и вызовы времени»; направление «Древние монашеские традиции в условиях современности», секция «Монастырские уставы и преемство древних традиций – фундамент для формирования личности монашествующего. Практические аспекты» (Зачатьевский ставропигиальный женский монастырь, 28 января 2026 года)
На вопрос: что самое главное в жизни монаха? – можно ответить по-разному. Мне хотелось бы посмотреть в самую суть: конечно, самое главное в жизни монаха – это Господь Иисус Христос. Тайна монашеской жизни в том, что в ней всё посвящено Богу и всё соединяет человека с Ним. Все монашеские обычаи и традиции, любое служение, молитва – всё ведет монаха к единению с Господом. И монах призван видеть эту цель во всем, что он совершает. Ему дана великая привилегия – всецело жить Христом, по Его образу.
Мне хочется провести параллель между жизнью Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа и жизнью монашеской. Целиком спасительное дело Христово мы вспоминаем ежедневно в рамках центральной Евхаристической молитвы – анафоры, ежедневно проговариваем и пропеваем воспоминания о нем в Символе веры. Преподобный Паисий Святогорец говорит о том, что внимательно живущий монах каждую седмицу проживает как Страстную [1]. За год мы неоднократно прочитываем Евангелие, торжественно отмечаем все важные события спасительного дела Христова. Приглашаю еще раз окинуть их взором и попытаться приложить именно к жизни монашеской.
Конечно, взирая на Господа нашего Иисуса Христа, мы, христиане, ставим Его образцом для подражания. Апостол Павел призывает нас: Подражайте мне, как я Христу (1 Кор. 4:16). Христос является образцом для домохозяек и для правителей, для воинов и для пахарей, для мирян, монахов общежительных монастырей и для отшельников.
Постараемся взглянуть на жизнь Спасителя именно исходя из нашей аскетической, мироотреченной жизни.
Начало монашеского пути – и Благовещение
Монашеская жизнь начинается с неожиданного, логически необъяснимого призвания, когда человек начинает понимать, что его устремления сосредоточены на молитве, на устранении от мирских развлечений, жажде богопознания и молитвенного труда.
Это призвание может происходить в разных обстоятельствах, может происходить медленно или быстро, но эту встречу можно сравнить с Благовещением, когда приходит извещение от Бога – и приносит благую весть. Еще не монах – но тот, из кого должен будет родиться монах, – принимает благую весть, что с ним Господь, и что он особым образом благословен (ср. Лк. 1:28).
будет? Ведь у меня нет ни монастыря, ни того духовного наставника, которому я могу полностью себя вверить?» Но Господь убеждает его, что сила Вышнего осенит его (ср. Лк. 1:35), и начнется новая жизнь. Задача будущего монаха – ответить, как Пресвятая Дева: Се, раба Господня; да будет Мне по слову твоему (Лк. 1:38). Печально бывает взирать на тех, кто слышал Божественный призыв, но не ответил на него, или же, приняв, не сберег благодатную теплоту призвания в сокровищнице сердца своего.
Но это призвание – еще не постриг. Решение о постриге должно созреть, выноситься в сердце. Оно будет сопровождаться трудностями, особенно перед самым постригом, когда может казаться, что Господь оставил, что нет людей, готовых разделить с нами и тягость, и радость этого решения.
Рождение монаха – и Рождество Христово
Рождение нового монаха может сопровождаться мистическими переживаниями – как для него самого, так и для окружающих. В чине монашеского пострига мы говорим, что даем обеты перед лицом ангелов и святых [2]. Позвольте процитировать фрагмент из «Нового Афонского патерика»:
«Когда отца Митрофана постригали… собралось много монахов. Один старенький монах во время последования увидел, как некий юноша в воинской одежде держит Митрофана за руку, ведет его к иконам, чтобы тот положил перед ними поклоны. Юноша вел себя, словно он был распорядителем всего, что происходило, – последования пострига. Когда юноша подвел Митрофана положить поклон перед иконой Пресвятой Богородицы, то старенький монах увидел, что Матерь Божия протягивает Свою руку от иконы и дает ее юноше поцеловать. Затем он увидел диавола, который стоял в церковных дверях, скрежетал зубами и поносил одного из монахов, находившихся в храме, благодаря которому отец Митрофан принял постриг. Вдруг юноша в воинских одеждах – это был святой великомученик Георгий [3], – подошел к церковным дверям и трезубцем поразил диавола. Все видели, что старенький монах плачет в своей стасидии, но подумали: “Люди всегда приходят в умиление в такие моменты”. Однако после пострига этот старец отвел нас в сторонку и ради нашей духовной пользы поделился бывшим ему при постриге откровением» [4].
Постригаемый монах приносит обеты, и они же становятся для него особыми дарами, к которым он только начинает, как младенец, прикасаться, а впоследствии будет научаться извлекать из них большую пользу. Эти дары – драгоценное золото нестяжания, благоуханный ладан целомудрия, и смирна отречения от своей воли (ср. Мф. 2:11).
Монашеская жизнь – и бегство в Египет
Как мир не желал гостеприимно принимать появление нового монаха, так и после пострига желает его схватить и умертвить, подобно Ироду, убивавшему младенцев. И первое время монашества монаху подобает провести в «Египте», в положении, которое внешне может выглядеть сходным с рабством. Но там он научается послушанию, смирению, терпению.
Внешне это может выглядеть как унижение, подавление воли, но на самом деле в это время монах возрастает духовно, учась быть архитектором добродетелей, сыном плотниковым (ср. Мф. 13:55), творцом дома своей души, заботливым устроителем своей внутренней жизни.
Общественное служение
Идеально, если монашеская жизнь проходит в тишине, подобно годам жизни Христа до Его выхода на проповедь. Для такого монаха основное его дело – пребывать в послушании родителям, пребывать в дому Господнем и задавать правильные вопросы (см. Лк. 2:46–49). Это время обучения, время простых трудов, время пребывания в прекрасной безвестности.
Но многие из нас призваны к общественному служению: руководству, наставничеству, проповеди. Это тяжелое бремя, которое мы не сами на себя возлагаем. Приходят предтечи, которые возвещают, что настало для нас время более явного служения.
Как поступать в таком случае? Снова мы оказываемся в пустыне, уже не Египетской, а Иорданской. Нашими первыми учителями должны стать пост, уединение и молитва.
Так поступал Господь перед избранием апостолов, так поступали апостолы перед выходом на проповедь, так готовился к вступлению на путь священнослужения блаженный Августин, так поступали древние и новые подвижники, например, митрополит Вениамин (Федченков) служил сорокоуст и вел особый дневник перед принятием важных решений [5].
И что еще глаголю? Не достанет бо ми повествующу времене (Евр. 11:32) о событиях общественной проповеди Спасителя, Его смирении, поучениях и чудесах, о приложении которых написано немало святыми отцами, особенно о Преображении Господнем, соумирании и совоскресении с Ним.
Цель монашеской жизни – и Сошествие Святого Духа
Особо хочется остановиться на одном из событий новозаветной истории – Сошествии Святого Духа на апостолов – поскольку целью пришествия Господня на землю было не только научение и показание примера, но основание Церкви через ниспослание Святого Духа (см. Ин. 16:7–14). И образ Святой Троицы кисти преподобного Андрея Рублева можно толковать как образ молитвы Сына Отцу о ниспослании Святого Духа.
Какое отношение это имеет к нашей монашеской жизни?
Наша цель – святость, но не в одиночестве, не в отрыве от святых отцов, бывших прежде нас, и не в отрыве от тех иноков, которые будут следовать нашими стопами.
Наша цель – святость внутри Церкви, которая, если будет угодно Богу, станет явной для других. Святость, возносящая нас на Небо, святость, через которую Дух Святой призывает новых христиан к такой же жизни. На Страшном Суде предшествовавшие преподобные будут спрашивать нас, последовали ли мы их стопами, а иноки, следующие за нами, будут спрашивать, показали ли мы достаточно ярко им путь отцов.
Таким образом, цель монашеской жизни – устроение Церкви, умножение числа спасающихся, особенно в чине монашествующих.
-----------------------------
[1] Паисий Святогорец, прп. Слова. Т. 1. С болью и любовью о современном человеке; перевод с греч. – 6-е изд. – М.: Орфограф, 2020. С. 371.
[2] Последование малого образа, еже есть мантия / Требник монашеский. – СПб.: Библиополис, 2014. С. 17.
[3] Вероятнее всего, Небесный покровитель той кельи, в которой подвизался отец Митрофан.
[4] Новый Афонский патерик: в 3 т. Т. 2. Сказания о подвижничестве. М.: Орфограф, 2018. С. 89.
[5] «Послужи народу…»: Два сорокоуста / Митр. Вениамин (Федченков); Сост. Сергей Фомин. – М.: Паломник, 1999.
