Беседа игумении Викторины (Перминовой) с сестрами. Святитель Феофан Затворник в переписке с разными лицами

   К дню памяти одного из чтимых святых - святителя Феофана Затворника, предлагаем Вашему вниманию беседу игумении Викторины (Перминовой) с сестрами из архива сайта.

    23_01_16_1В день празднования памяти святителя Феофана Затворника хотелось бы отметить огромное влияние, которое этот скромный и смиренный человек оказал на жизнь верующих и всего русского общества. Может показаться удивительным и даже невероятным, что слово человека, долгие годы находившегося в удалении от людей, так сильно влияло на многие умы и души. Но именно в уединении, сосредоточенной молитве, аскетическом труде над собой святитель Феофан черпал вдохновение и благодатные силы для создания богословских трудов, написания духовных книг, которые и сейчас являются для верующих людей настольными, и помощи многим людям. Масштаб этой помощи и личность святителя Феофана раскрываются в его переписке с разными лицами. Подчас несколько написанных им строк коренным образом меняли жизнь человека. Читая письма святителя, можно понять, почему так происходило.
     «Что же это вы меня спрашиваете? Я человек очень недалекий в духовном различении вещей, и могу очень легко назвать черное белым, и белое черным,  – пишет смиренный подвижник одному духовному лицу.  – Потому не смотрите на то, что напишу, как на доброе решение». Благодаря такому мнению о себе, видению своей несостоятельности и неспособности ни к чему доброму без Бога, святитель Феофан стяжал молитву и сподобился благодатных состояний. Имея от Господа большие дарования, он ничего не приписывал самому себе.
   В одном из писем святой затворник так рассуждает: «Пребывание души с Господом, в чем все существо внутреннего делания, не от нас зависит. Господь посещает душу, она и бывает с Ним, и играет пред Ним, и согревается Им. Как отойдет Господь, душа пустеет, и совсем не в ее власти воротить к себе Благого Посетителя душ. Но отходит Господь, пытая (т.е. испытывая) душу; а бывает, что отходит, наказывая не за внешние дела, а за что-нибудь душой внутри принятое. Когда отходит Господь, пытая душу, то когда она закричит, Он скоро ворочается. А когда отходит наказывая, то — не скоро, пока не сознает душа греха, и не раскается, и не оплачет, и епитимии не понесет».
    Утешая кающегося человека и рассуждая о благотворности смирения и покаяния, святитель пишет: «Грешник упорный Богу противен; а грешник кающийся приятен Ему. Всегда и приступайте к Нему, с мытаревым гласом, море грехов своих в бездну милости Его повергая. Когда есть неприязнь и отвращение к греху, с готовностью противиться ему хоть до положения живота, тогда Бог не видит того грешным. Так не смущайтесь!» «И говорить и чувствовать, что никуда негож – дело хорошее,»  – пишет святитель в другом письме.
    Смирение, сердечное сокрушение и деятельное покаяние были сутью жизни святителя Феофана – жизни перед Богом. Он пишет: «Существо дела в том, чтоб "установиться в памяти Божией или ходить в присутствии Божием". Можно всякому сказать: "как хочешь, только добейся до этого". Иисусову ли молитву творить, поклоны ли класть, в церковь ли ходить, что хочешь делай, только добейся до того, чтобы быть всегда в памяти Божией. Помню, в Киеве я встретил человека, который говорил: никаких приемов не употреблял я, и молитвы Иисусовой не знал, а все, что тут пишется, было и есть. А как, я и сам того не знаю. Бог дал!»

Игумения Викторина с сестрами обители. Фото В. Ходаков

Игумения Викторина с сестрами обители. Фото В. Ходаков

    «Бог никого не оставляет. У Него все дети. Нет пасынков,  – укрепляет в терпении Вышенский затворник человека, оказавшегося в скорбных обстоятельствах. – И тяжелые случайности и состояния — все на добро нам направляется. Если бы мы могли узреть это, не было бы ни в чем тяготы».
    Для того, чтобы показать положительное влияние на душу скорбей и трудностей, принимаемых безропотно, святитель Феофан приводит образный пример: «То же, что бывает между пирогом, жареным в печи, и между хозяйкою. Дайте пирогу чувство, мысль и язык. Что бы он заговорил хозяйке?! Матушка! Засадила ты меня сюда и жарюсь. Ни одной крупинки у меня не осталось не жаримой, все горит, до нестерпимости. И то беда, что исхода не вижу, и конца не чаю. Обращусь на право, обращусь на лево, вперед, или взад или к верху, отовсюду заперт, и со всех сторон не прохлада, а жаром несет до нестерпимости. Что я тебе сделал? За что такая неприязнь. и проч. и проч. Дайте хозяйке уменье понимать речь пирога. Чтобы ответила она ему?! Какая тут неприязнь?! Я, напротив, о тебе только и радею. Потерпи еще немного, и увидишь, какой ты у меня выйдешь красавец! Все наглядеться на тебя не наглядятся! А какой аромат от тебя пойдет по всему дому? Это диво-дивное! Так потерпи еще чуточку и увидишь отраду. — Пирогову речь вы прописали. Теперь переймите речь хозяйки и благодушно перейдите к ожиданию благодетельного исхода. Я думаю, что этим вам и все хлопоты покончить можно. Положите себя в руки Божии и ждите. Вы — все же в руках Божиих, только двигаете руками и ногами. Перестаньте это делать и лежите спокойно».
   «Спасение не от места, а от душевного настроения, - пишет святитель Феофан другому лицу, нуждающемуся в поддержке. – Везде можно спастись и везде погибнуть. Первый ангел между ангелами погиб. Апостол между Апостолами в присутствии Самого Господа погиб. А разбойник на кресте спасся! Ищешь спасения? Добре! Ищи! Спасение нам удобно. Ибо имеем Господа — Спасителя, Который ничего больше не желает и ни о чем больше не печется, как о нашем спасении. К Нему прибегай и молись всеусердно, да устроит спасение твое».
    Продолжая тему спасения, которое совершается в противодействии греху, святитель Феофан показывает путь борьбы: «Духовная немощь очищается исповедью, в коей полагается и начало врачевания ее. — Врачевание же самое продолжается, доканчивается потом подвигами против нее (немощи). Кончится врачевание, когда страсть станет противною и перестанет влещи. Пока сия процедура совершается, борющийся состоит в милости Началовождя, хотя раны получает чувствительные, падает и встает. Милость сия отступает только тогда, когда пал кто и не встает — валяется. А если пал и тотчас встает и опять берется за оружие, чтоб противоборствовать, милость не отходит. Сим растворяйте совести своей горечь.
   …Относительно хульных помыслов надобно жалеть и каяться пред Господом; но не падать духом и не думать, что от этого пагуба. Как вы не хотите таких помыслов, отвращаетесь от них, то Бог и не гневается на вас. Помыслы не от вас, а враг всевает. И вина, на нем. Читайте у св. Димитрия Ростовского об этом статью, в первом томе его творений. Богу молитесь на врага, чтоб отогнал. Почаще сказывайте духовнику. И враг отбежит. Он пристает с такими докуками, когда увидит, что душа робеет. А когда увидит, что душа мужественна и понимает его козни, тотчас отстает».
   О состоянии сухости в духовной жизни святитель Феофан пишет: «Это горькое и опасное состояние. У Господа оно стоит в числе руководительных, вразумительных и исправительных средств. Но бывает оно и вроде наказания. Причина сего — явный грех, но как у вас его не видно, то причины надо искать во внутренних чувствах и расположениях. Не вкралось ли самомнение, что вы не то что другие? Не загадываете ли сами шагать по пути спасительном и восходить горе одними своими средствами? Не успокаиваетесь ли на том порядке жизни, какой заведен, и расположились спать в мысли, что больше заботиться не о чем? Такие и подобные мысли приводят в беспечность, а беспечность есть первый шаг к охлаждению.
   Потому потрудитесь собрать мыслей поболее, что вы еще не начинали дела, что казалось прежде духовным, то имело значение только призвания к труду, а не плода. Приложите убеждение, что хотя бы вы достигли высоких степеней, — все не безопасны от падений, путь к которым врагу пролагает беспечность и нерадение — спутницы охлаждения. Собирая же таковые возбудительные помышления, не думайте, что сами себя согреете. Согреет Господь, когда время придет. Ваше же дело труд и труд. К сему труду мысленному прилагайте молитву к Господу именно об избавлении от сей язвы. Все другие предметы оставьте, держите одну эту молитву против охлаждения. Стоите ли на молитве, читаете ли, в церкви ли стоите, дело ли какое справляете, — все одно имейте в уме: Господи, избави меня от сего охлаждения. И не давайте себе покоя, пока не согреетесь. Согреянность есть Господа прикосновение к сердцу, а непрестанная теплота есть Господа вселение в сердце. Даруй вам Господи сие благо! Не нерадите и рук не опускайте!» Действенность наставлений Вышенского затворника свидетельствует о том, что он сам прошел этот путь борьбы и вышел победителем.
    К сожалению, человек часто видит причину своих бед не внутри себя, а в других людях и обстоятельствах жизни. Святитель Феофан показывает, что все происходящее ниспосылается от Бога для врачевания наших душевных немощей, и объясняет, как лучше всего встречать неблагоприятные обстоятельства:   «На окружающих вас смотрите, как на орудия Божия во благо вам и за ними всегда зрите руку Божию, вам благодеющую. И за все говорите: слава Тебе Господи! Но старайтесь, чтобы это было не на языке только и в мысли, а и в чувстве. Молитесь, чтобы Господь и чувствовать так дал. И даст. Положите законом — 1) всякую минуту ждать неприятность, и когда придет, встречать ее как жданную гостью. 2) Когда деется что воли противное, готовое огорчить и раздражить, скорее бегите вниманием к сердцу и сколько можете напрягайтесь не допускать возродиться тем чувствам, напрягайтесь и молитесь. Если не допустите породиться тем чувствам, всему конец: ибо все от чувств; если же породится, хоть маленькое, положите, если можно, ничего не говорить и не делать, пока не выгнали те чувства, если же нельзя не говорить и не делать, старайтесь говорить и делать не по тем чувствам, а по заповеди, как Бог велит, кротко и тихо — будто ничего не было. 3) Всякое ожидание прекращения такого порядка выбросьте из головы, а определите себя на неприятности до конца жизни. Не забудьте! Это очень важно. Если не будет этого, терпение установиться не может. 4) Ко всем молоткам сим приложите: держать любовный взор, любовный тон речи, любовное обращение и главное всевозможно избегайте чем либо напомнить им о их несправедливостях. Действуйте так, как бы ничего от них не было».
   «Раздражительность, гнев, нетерпение, суетливость — конечно все это не добрые чада,  – пишет святитель Феофан, обращая внимание собеседника внутрь себя, - Но хорошо уже то, что сознаете их недобротность. Поищите родителей их и придушите. Тогда чада сами собою пропадут. Посмотрите, нет ли у вас самочувствия, т.е. чувства своего значения, или отрицательно, отсутствие чувства, что вы ничто. Это самое сокровенное чувство, но оно всем ворочает (т.е. управляет) в жизни. От него первое требование, чтобы все было по нашему и коль скоро этого не бывает, то на Бога ропщем; а на людей серчаем. От него же уверенность, что все сами можем сделать и устроить, пустивши в ход придуманные средства, ожидаем, что все так и будет, как придумали. Оттого, что дело начинаете без усердной молитвы, и продолжаете тоже, и кончаете опять ропотом, если что не по нашему, и чувство самодовольства, — если по нашему. Бога во всем этом помышляете яко стороннее, а не действующее лицо. Так вот присмотритесь, нет ли сего, и если есть хоть не в большой мере, позаботьтесь восстановить чувство ничтожества своего во всех отношениях. И всегда Господа о том молите».
   «Покаяние… у вас в действии. Что еще нужно? — рассуждает святитель Феофан – Уклоняться от грехов и делать всякое добро, встречаемое по течению жизни вашей, — не телом только, а и душою и сердцем, не внешне только, но и внутренне, т.е. чтобы и мысли и чувства всегда были богоугодны. Что еще кроме доброй жизни?! Пророк говорит: взыска Тебе лице мое, лица Твоего, Господи, взыщу. Этим выражалась непрестанная память о Боге, с непрестанною ревностью всем благоугождать Ему. Это же есть молитвенный строй — внутри.
    Просите дать вам молитвенное правило. Сказанное пред сим и есть первый пункт молитвенного правила. Старайтесь всегда так держать свое внутренное, чтобы оно всегда обращено было к Богу, и всегда пред лицем Его стояло, и как бы от лица Его действовало, чтобы это делалось телом, во вне, в обычном ходе дел житейских.
    Второй пункт молитвы есть молиться всегда от сердца, — не слова только произносить молитвенные, но из сердца изводить молитвенные к Богу воздыхания. Они и составляют собственно молитву… Навык надо приобресть к сему. Приобретается же он трудами молитвословия. Молитвословие есть исполнение правила молитвенного. Правило надо иметь, — и всегда строго его исполнять». О высоком достоинстве составленных святыми отцами молитвословий и служб святитель Феофан пишет: «Читай или слушай, как следует, молитвословие, — и непременно возбудишь и укрепишь восхождение в сердце твоем к Богу, т.е. войдешь в молитвенный дух. В молитвах св. отцев движется великая молитвенная сила, и кто всем вниманием и усердием проникает в них, тот — в силу закона взаимодействия — непременно вкусит молитвенной силы, по мере сближения настроения своего с содержанием молитвы».


     Чтобы молитва была более внимательной, Вышенский затворник советует: «В свободное время вчитывайся в молитвы твоего правила, пойми каждое слово молитвы и прочувствуй его, чтобы наперед знать, что при каком слове у тебя должно быть на душе и в сердце, дабы — во время молитвословия — легко тебе было понимать и чувствовать. Если твоя летучая мысль, во время молитвы будет отбегать на другие предметы, напрягайся сохранять внимание, и возвращай мысль свою к предмету молитвы; опять отбегает, опять возврати: повторяй чтение, пока каждое слово молитвы не прочтешь с понятием и чувством. Этим отучишь мысль свою от рассеянности в молитве».
    О богомыслии святитель Феофан рассуждает: «Стань, например, размышлять о благости Божией, — увидишь, что ты окружен милостями Божиими и телесно и духовно, — и падешь пред Богом в излиянии чувств благодарности; — стань размышлять о вездесущии Божием, — уразумеешь, что ты всюду пред Богом и Бог пред тобою, — и не можешь не исполниться благоговейным страхом; — стань рассуждать о правде Божией, — уверишься, что ни одно худое дело не останется без наказания, — и непременно положишь — очистить все грехи свои сердечным сокрушением пред Богом и покаянием; — стань размышлять о всеведении Божием, — познаешь, что ничто в тебе не сокрыто от ока Божия, — и непременно положишь быть строгим к себе и внимательным во всем, чтобы как-нибудь не оскорбить всевидящего Бога».
    «Любили вы когда-либо кого-нибудь сильно? Припомните как любимое лицо не отходило от сердца и чувство все было в нем, — и мысль не отходила, и все, что вы делали, думали, что то лице видит и старались сделать, что делали, хорошо, чтобы не заслужить неодобрения от того лица. Непрестанная молитва похожа на это, только место имеет в другой области. Помоги вам Господи найти такое к Нему чувство. Тогда всем оплошностям, вялостям и разленениям — конец!!!»
   Важно и такое замечание святителя о духовной жизни: «Вам, кажется, думается, что как скоро где Бог и истина Его, там все должно быть блестяще, — ярко бить в глаза, — и всем внушать громко: вот что есть Божеское! Не замечаете ли вы, что думая так, вы Богу предписываете, как Он должен вести дела Свои. А это, как сами согласитесь не в порядке вещей. — Дела Божии сами в себе точно таковы; но внешне прикрыты невзрачностью, выражусь так. — Зачем так?! На это нечего сказать, кроме: так Богу угодно. Но что точно так есть, что под невзрачностью скрыта красота, и под примрачностью свет — в этом нет сомнения: Только свидетельство об этом надо искать не у неверов, а у верующих, и не у верующих только, но и живущих по вере. — Раскуси орех, — найдешь ядро — вкусное и питательное. Бог не пометает бисера — как попало. Спаситель и к народу о царстве Своем говорил прикровенно, в притчах. Имевшие в себе задаток духовного разума, тотчас проникали внутрь, и уразумевали истину. Так и во всем. Вот возьмите — как из семени растение выходит. Семя раскиснет, разложится, и будто загниет; а между тем внутри раскрывается зародыш, понемножку, понемножку крепнет, дает росток, выходит из земли, и т.д. … Так мрачно все вокруг, если смотреть совне. На деле же есть — светлое водительство Божие, которым Он всех и каждого ведет к последнему концу. — Никто не забыт. Всех отец есть Бог».
   «Вера христианская — не система учения, — а образ восстановления падшего (человека) в силу смерти Богочеловека, благодати Духа Святаго… Ищите такого настроения, чтобы телом делать обычные дела, а духом всегда быть с Господом. Милостивый Господь дает безпопечение, — по которому все делается во свое время, но ничто не озабочивает и не томит. Ищите, просите, — и дастся».
   В небольшой статье не представляется возможным показать все духовное богатство, которое содержится в письмах и трудах святителя Феофана Затворника. Но даже из небольших выдержек из его творений видно, какие любовь и усердие к Богу, и в то же время сочувствие к ближним имел этот необыкновенный человек, ревностный подвижник и молитвенник за Землю Русскую. Его слово способно разжечь в сердце человека духовную искорку и укрепить решимость жить духовно. Молитвами святителя Феофана, Господи Иисусе Христе, Боже наш, помилуй нас!
                                                                                          
                                                                                       

Игумения Викторина (Перминова)
                                                                                                                   Материал из архива сайта

   Источник:

    Творения иже во святых отца нашего Феофана Затворника. Собрание писем. Издание Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря и издательства «Паломник», 1994.
http://azbyka.ru/otechnik/Feofan_Zatvornik/pisma/

 

Краткое житие святителя Феофана Затворника

  Святитель Феофан, в ми­ру Ге­ор­гий Ва­си­лье­вич Го­во­ров, ро­дил­ся 10 ян­ва­ря 1815 г. в се­ле Чер­нав­ское Ор­лов­ской гу­бер­нии в се­мье свя­щен­ни­ка. В 1837 г. окон­чил Ор­лов­скую Ду­хов­ную Се­ми­на­рию и по­сту­пил в Ки­ев­скую Ду­хов­ную Ака­де­мию.
      В 1841 г. он окон­чил Ака­де­мию и при­нял мо­на­ше­ство с име­нем Фе­о­фан. За­тем пре­по­да­вал в Санкт-Пе­тер­бург­ской Ду­хов­ной Ака­де­мии (СПДА). В 1847 г. в со­ста­ве Рус­ской Ду­хов­ной Мис­сии был на­прав­лен в Иеру­са­лим, где по­се­тил свя­тые ме­ста, древ­ние мо­на­ше­ские оби­те­ли, бе­се­до­вал со стар­ца­ми Свя­той Го­ры Афон, изу­чал пи­са­ния от­цов Церк­ви по древним ру­ко­пи­сям.
     Здесь, на Во­сто­ке, бу­ду­щий свя­ти­тель ос­но­ва­тель­но изу­чил гре­че­ский и фран­цуз­ский язы­ки, озна­ко­мил­ся с ев­рей­ским и араб­ским. С на­ча­лом Крым­ской вой­ны чле­ны Ду­хов­ной Мис­сии бы­ли ото­зва­ны в Рос­сию, и в 1855 г. св. Фе­о­фан в сане ар­хи­манд­ри­та пре­по­да­ет в СПДА, за­тем ста­но­вит­ся рек­то­ром Оло­нец­кой Ду­хов­ной Се­ми­на­рии. С 1856 г. ар­хи­манд­рит Фе­о­фан – на­сто­я­тель по­соль­ской церк­ви в Кон­стан­ти­но­по­ле, с 1857 г. – рек­тор СПДА.
      В 1859 г. хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па Там­бов­ско­го и Шац­ко­го. В це­лях подъ­ема на­род­но­го об­ра­зо­ва­ния епи­скоп Фе­о­фан устра­и­ва­ет цер­ков­но­при­ход­ские и вос­крес­ные шко­лы, от­кры­ва­ет жен­ское епар­хи­аль­ное учи­ли­ще. В то же вре­мя он за­бо­тит­ся и о по­вы­ше­нии об­ра­зо­ва­ния ду­хо­вен­ства. Архипастырь помог и в деле становления Дивеевской обители, после многих испытаний переведенной в 1862 году в его епархию. С июля 1863 г. свя­ти­тель пре­бы­вал на Вла­ди­мир­ской ка­фед­ре. В 1866 г. по про­ше­нию он был уво­лен на по­кой в Успен­скую Вы­шен­скую пу­стынь Там­бов­ской епар­хии. Но не воз­мож­но­стью по­коя влек­ли к се­бе серд­це вла­ды­ки ти­хие мо­на­стыр­ские сте­ны: они зва­ли его к се­бе на но­вый ду­хов­ный по­двиг. Вре­мя, остав­ше­е­ся от бо­го­слу­же­ния и мо­лит­вы, свя­ти­тель по­свя­щал пись­мен­ным тру­дам. По­сле Пас­хи 1872 г. свя­ти­тель ухо­дит в за­твор. В это вре­мя он создает бо­го­слов­ские тру­ды: ис­тол­ко­ва­ние Свя­щен­но­го Пи­са­ния, пе­ре­вод тво­ре­ний древ­них от­цов и учи­те­лей, пи­шет мно­го­чис­лен­ные пись­ма к раз­ным ли­цам, об­ра­щав­шим­ся к нему с недо­умен­ны­ми во­про­са­ми, с прось­бой о по­мо­щи и на­став­ле­ни­ях. Он от­ме­чал: «Пи­сать – это служ­ба Церк­ви нуж­ная. Луч­шее упо­треб­ле­ние да­ра пи­сать и го­во­рить есть об­ра­ще­ние его на вра­зум­ле­ние греш­ни­ков».
      Свя­ти­тель ока­зал глу­бо­кое вли­я­ние на ду­хов­ное воз­рож­де­ние об­ще­ства. Его уче­ние во мно­гом род­ствен­но уче­нию стар­ца Паисия Величковского, осо­бен­но в рас­кры­тии тем о стар­че­стве, ум­ном де­ла­нии и мо­лит­ве. Наи­бо­лее зна­чи­тель­ные тру­ды его – «Пись­ма о хри­сти­ан­ской жиз­ни», «Доб­ро­то­лю­бие» (пе­ре­вод), «Тол­ко­ва­ние апо­столь­ский по­сла­ний», «На­чер­та­ние хри­сти­ан­ско­го нра­во­уче­ния».
      Свя­ти­тель мир­но по­чил 6 ян­ва­ря 1894 г., в празд­ник Кре­ще­ния Гос­под­ня. При об­ла­че­нии на ли­це его про­си­я­ла бла­жен­ная улыб­ка. По­гре­бен в Ка­зан­ском со­бо­ре Вы­шен­ской пу­сты­ни.
      Ка­но­ни­зи­ро­ван в 1988 г. как по­движ­ник ве­ры и бла­го­че­стия, ока­зав­ший глу­бо­кое вли­я­ние на ду­хов­ное воз­рож­де­ние об­ще­ства сво­и­ми мно­го­чис­лен­ны­ми тво­ре­ни­я­ми, ко­то­рые мо­гут рас­смат­ри­вать­ся ча­да­ми Церк­ви как прак­ти­че­ское по­со­бие в де­ле хри­сти­ан­ско­го спа­се­ния.

Источник: http://azbyka.ru/days/sv-feofan-zatvornik